Мерзавчик

Я влюблен, я люблю. И он меня любит. Это какое-то наваждение. Я любуюсь Игорем, меня к нему тянет, он мне тоже говорит, что ему еще никогда так не везло, как со мной. Но я знаю, что Игорь очень странный: он помешан на зарабатывании денег.
Лежим. Он прижал меня к себе и говорит:
- Леша… Лешенька… Лешка… Неужели это мое? Не могу поверить, чтобы я удостоился такой чести.
Игорь видит во мне что-то, чего я сам в себе не вижу. Например, он считает, что у меня большой и красивый член.
- Он у тебя толстый, Лешенька.
Игорь берет портняжный сантиметр и измеряет толщину моего члена у основания.
- Так… У основания у тебя 16 сантиметров… Ты сейчас можешь его поставить?
Я могу. У меня всегда встает. Игорь измеряет.
- Так…У основания в стоячем положении у тебя 17 и 3 миллиметра… Нет, даже 17 и 5. В длину у тебя… Вот я беру от самого лобка до края головки… У тебя 19 сантиметров и 1 миллиметр. Ровно! Это очень большой член.
Игорь очень рад тому, что у меня такой большой член. Правда, сам я не ощущаю, что у меня большой член.
- Давай я тебе тоже померю, - предлагаю я.
Игорь стесняется:
- У меня и мерить нечего, Алеша!
Мы лежим снова в обнимку, у меня все еще стоит, а у Игоря медленно встает. У него член, я думаю, еще больше моего, но он почему-то не хочет «победить».
Я беру его член в руку. Член пульсирует, вздрагивает. Я держу его совсем нежно, не жму, только чуть-чуть пожимаю. Игорь тоже берет мой член в руку. Мы лежим молча. Нужно поцеловаться. Мы целуемся, долго и очень нежно. Я лежу с закрытыми глазами, мне не хочется смотреть на белый свет. Я хотел бы, чтобы всегда была ночь, и чтобы мы всегда с Игорем лежали голые в кровати, член в член, и обнимали друг друга.
- Люблю, Лешенька… Люблю… - шепчет Игорь.
Он целует меня еще сильнее. Я ему отвечаю таким же страстным поцелуем. Хоть я и не сказал, что тоже люблю его, но мой поцелуй говорит ему даже лучше слов. Я вплетаю пальцы в его волосы на лобке, цепляю их, свиваю и развиваю. Игорь поднимает ногу – и я пролезаю рукой к его попочке. Попка у Игоря очень круглая и пышная, как хлебный каравай только что из печи. Даже странно, что человек с такими физическими данными сверх всякой меры увлечен добыванием денег. Я люблю Игоря – через минуту я лежу на нем и примериваюсь к вхождению в его анус. Игорь сладостно стонет от предвкушения приятной боли.
- Скорее, - шепчет он, - прошу тебя, Лешенька, скорее… Я весь твой, делай со мной все, что ты только захочешь, сладость моя…
Я ввожу и довожу до упора.
Нам хорошо, но я не могу забыть, что Игорь любит деньги и только деньги. У Игоря денег – пуд. У него две квартиры, две иномарки. И вот еще я. Мне кажется, Игорь любит деньги до такой степени, что принимает и меня за одну из своих «движимостей», которые в случае чего можно удачно продать и купить себе еще лучшего Лешеньку. Не могу себе объяснить это ощущение, но оно у меня все время.
Я владею Игорем не дольше пяти минут – больше не выдерживаю и кончаю. Когда я владею Игорем, то испытываю настоящее блаженство от его вида сзади: еще никогда мой лобок не упирался в такое мягкое и в то же время тугое. Ягодицы у Игоря очень большие, особенно в том месте, где мой член входит в его дырочку. Тут у него припухлости, наверное, специально для тех, кто его трахает. Он дает мастерски – ненавязчиво подмахивает, помогает. Еще он стонет. И, чтобы не слышали соседи, в подушку. Я его трахаю уже не первый месяц, но еще никогда не видел, чтобы он подо мной кончил. Однако он издает такие томительные повизгивания, что от них одних можно спустить в два счета. Я обхватываю его обеими руками и берусь за его член. В этот раз я решил не отпускать его до тех пор, пока из Игоря не брызнет. Но Игорь почему-то не любит, когда я его беру за член, не знаю, почему. Он вырывается и продолжает очень активно мне подмахивать, стараясь приблизить мой финал. Мне действительно трудно сдерживаться - и я кончаю. Когда я кончаю, то Игорь просто выходит из себя от счастья. Он высоко задирает попочку - и я взлетаю к потолку.  В этом положении полета кончать – счастье  неземное…
Мы снова лежим обнявшись. Мы любим друг друга. Игорь говорит, сколько заработал в этом месяце. У него все мысли о деньгах. Он работает в системе ЖКХ инженером, свою работу ненавидит всеми фибрами души, но работает ради денег.
- Я работаю только ради денег. Ты не можешь себе представить, какие мучения приходится испытывать в иные минуты, но ради денег терплю все, - говорит он мне очень часто, я выучил этот текст наизусть.
Я знаю, что Игорь на работе мучается. Сначала я не придавал большого значения его словам, мне было изначально жалко, что мой любимый мучается. Но потом я стал задумываться, зачем терпеть? И разгадывать ребус не пришлось: Игорь говорил о  необходимости зарабатывать на жизнь.
Мне очень нравится член Игоря, гораздо больше, чем мой собственный. Пусть он даже измеряет мой член и оказывается, что у меня больше, чем у него. В Игоре я ценю попочку. Она бесподобная подушечка. Дебелая и пухлая, она очаровательна. И член Игоря мне нравится тоже больше моего собственного. И грудка Игоря, обросшая волосами только в ложбинке, мне нравится до потрясения. Когда я обладаю Игорем, то всегда держу его за грудки. Мягкие, пухленькие тоже, как и попочка, только более податливые и умещающиеся у меня в ладонях, они стали моей неотъемлемой частью. Если нам удается иногда спать вместе до утра, то я засыпаю, держа его грудки в руках, иногда сосочек беру в рот и чмокаю им. Мне так нравится.
Игорь – мое наваждение. Это большая любовь, у которой… нет причины. Мне абсолютно непонятно, почему Игорь так жертвует своим здоровьем и всей жизнью ради денег. У него две квартиры, две иномарки. Он хочет продать одну иномарку и вместо нее купить новую, еще дороже. Мне кажется, что Игорь и такие, как мой Игорь, обобрали уже весь микрорайон, в котором находится их жилищная организация.
С виду это обычные люди, на вид даже слишком простецкие. Но у каждого из них есть по иномарке, у детей и жен – само собой, и все их разговоры между собой или о каких-то цифрах, колонках, жилищно-коммунальной терминологии – это в конторе, или же о гаишниках и конфликтах на дороге – это вне конторы. Третья тема разговора – это когда кто в какой связи хорошо нажрался, и ему пришлось вызывать жену, чтобы она его довезла до дома. Я почему знаю, потому что Игорь меня представил в своей конторе как своего кузена из Львова, и мы все вместе раза два стояли во дворе курили.
- Жена обязательно должна иметь права, - говорил, куря тоненькую дамскую сигаретку Иван. – Кто тебя из кабака вывезет? Или с рыбалки?
При этом они говорили о жизни на дороге так, словно не говорили ни о чем  особенном. Но кто они такие, чтобы разъезжать на «Мерседесах», «Маздах», «Фольксвагенах», «Хондах» и еще на десятках машин с красивыми названиями? Эти люди ничего, ровным счетом ничего не создают. Оттого, что они утром проснулись и вечером легли спать, ничего на свете не появилось. Их немереный доход – квартирная плата миллионов жителей района. Я ничего не понимаю: эти люди погрязли в иномарках, в работе автосервисов, гаишников, наездах, авариях и «столкновениях с препятствиями», а в то же самое время в сбербанках стоят люди с унылыми лицами и, стараясь выглядеть думающими о чем-то высоком, вносят плату за коммунальные услуги. Уплатив, они плетутся домой, счастливые тем, что у них есть крыша над головой сроком еще на месяц.
Ни хрена не понимаю…
Деньги у Игоря во всех отношениях странные. Они накатывают на него независимо от него. Неважно, как он работает – хорошо или плохо. Деньги – будут. Они валятся на него валом, как на Данаю – золотой дождь. На меня бы так. Вообще в системе ЖКХ у всех такие шальные деньги. Вот Игорь: он купил уже две квартиры и две иномарки, а деньги на него все сыпятся и сыпятся, и у него есть средства и на третью иномарку, и, наверное, и на третью квартиру. Но он планирует продать эти две квартиры и купить третью: в центре города, и чтобы была с высокими потолками. У нас в Волгограде полно таких домов. А дальше что? Ну, после того, как он купит эту квартиру в центре и с высокими потолками? Что он купит потом? Нет, - что ему покупать? Есть ли еще такая вещь на свете, которую ему захочется купить?
Правда, Игорь признается, что плохо знает город, изучает еще карту. Действительно, город стал в последние годы громадным, приезжим очень трудно в нем ориентироваться.
Наверное, меня к Игорю влечет то, что в нем есть что-то не наше, не городское. Все его тело дышит каким-то… мясом, молоком, маслом. Оно пропитано свежими ветрами полей и лесов. Мы, горожане, хилый народ. В Игоре есть та сила и внутренняя энергия, которая у горожан улетучилась еще до их появления на свет. Припухлости в самых интимных местах Игоря пленяют. Я не могу, не могу их отпустить. Руки тянутся к этим сисечкам, к этой попочке. Игоря трогаешь, как кусок свежей телятины. Подкожные слои жира у него обалденно перекатываются под моей рукой, и я не знаю, что лучше: ласкать их или сжимать.
Игорь – мое наваждение. Особенно когда он молчит. Тогда мне представляется, что он – человек, который привлек меня своей интересностью. Но стоит ему только заговорить, например, о том, что я – его, как у меня возникает ощущение, что я – еще одна машина в его гараже, только отечественного производства. Во всяком случае, интонационно я вполне приравнен к его будущей третьей иномарке.
- Мой «Мерзавчик» мне дорог безумно! - твердит Игорь про свой верный «Мерседес», который выглядит, надо сказать, замызганным «Москвичом».
Игорь специально его не моет, чтобы машина выглядела не так привлекательно для барсеточников и прочих автоагрессоров.
- Ты мне дорог безумно! – твердит мне Игорь.
Улавливаете нечто общее? Даже бедность словаря – признак удивительной никчемности этого красивого, сексапильного, обеспеченного молодого человека. Ну, почему он не может найти для своего «Мерзавчика» одни слова, а для меня - другие?
Потом вдруг он начинает говорить про «Мерзавчика» уничижительным тоном:
- Набегался. Пора продавать.
Я ахаю:
- «Мерзавчика»?! А как же?..
- Куплю получше! - смеется Игорь. – Что ж ты думаешь, буду ходить пешком?
Про меня он пока так не говорит, что вместо меня купит кого-нибудь получше.
Все равно меня безумно влечет к себе этот человек, внутри которого, мне кажется, нет ничего, как внутри автомобильной шины. Нагнали в нее воздуха – и едет.

Автор: НикКуз
Теги: Член в член, Вид сзади